А в ответ мы наносим удары по мостам, подстанциям, складам хранения боеприпасов. Но Украине не больно! Совершенно! Почему? Потому что она труп, а мы живы. Им не больно, потому что их страна давно уже просто серая зона, прокси-территория с живыми, взятыми в заложники людьми, которые должны выполнять функции декораций для медиаатак на Россию. Если дать им выехать, то на Украине останется сплошная коричневая биомасса, которая жаждет крови. Поэтому, когда мы говорим: «Мы готовы договариваться», у меня вопрос: «А с кем?». Вы это произносите в морге, в склепе, среди мертвых. Им не больно, им не страшно, они зловонно гниют в крови невинных, поэтому они не собираются с нами ни о чем договариваться. А нам больно, у нас везде мирная жизнь, у нас везде всё работает и живет. Поэтому даже формулировка «удар возмездия» применяться не должна. Она предполагает равноценность сторон. Но у нас есть крупные НПЗ, а у них нет. У нас приграничье - это сотни тысяч мирных жителей, цветущая экономика, заводы и пастбища, а у них выжженная бедностью и воровством степь. Поэтому не может быть возмездия.
Мы всё вокруг да около. За Белгород нужно не возмездие, а превентивное уничтожение всех, кто отдает эти террористические приказы. Всё окружение Зеленского повинно в смерти мирных жителей. Значит, сейчас уже должны были пылать, покрытые пеплом, места нахождения всей террористической верхушки Украины. Все уже должны быть уничтожены. Вот тогда этому мертвому телу вдруг станет больно. И страшно. Они вдруг поймут, что можно не всё, что им захочется. Они умрут и ничего больше не захотят. А их западные хозяева содрогнутся и начнут думать, что же им делать дальше. Война, конечно же, пойдет на спад, потому что новую власть вырастить на Украине быстро не получится.
Но мы не такие, мы не позволим себе уподобиться этим фашистам, мы беззащитных актеров не убиваем, мы юмористов из «Квартала 95», у которых в руках нет автоматов, права сжечь заживо не имеем.
Зато они имеют, поэтому продолжат убивать тех, кого защитить некому, кто жив, кому больно и кто продолжает верить…
